30 октября

Fiction wear: “Об одежде говорят дела, а не качество хлопка”

Архивный материал

Fiction — один из самых первых российских субкультурных брендов, берущих свое начало в мире action sport. Его создатель Эрик рассказал Locals о приоритетах в создании одежды, скейтбордических группировках и о том, почему industry is not dead.


О первой волне русских брендов и о делах, которые стоят за одеждой

Fiction появился в 2006-м: в России тогда не было ни одной марки одежды, у которой была бы собственная команда амбассадоров. Мы же горели идеей создать подобную коалицию вокруг бренда. В то время я катался на сноуборде, а мой товарищ Дима — на скейте. Нам хотелось транслировать свои увлечения — выбор пал на создание одежды. В середине нулевых как раз формировалась «первая волна» русских брендов — с одной стороны, только закончил свое существование LMA, с другой — CODERED переходил из журнального формата в бренд одежды и появились Anteater и ННХ, у которых тоже потом появились команды. Мы собрали вокруг себя небольшую тусовку друзей-райдеров. Тогда мы, конечно, особо не думали ни о качестве вещей, ни о деталях, ни о фурнитуре — было просто желание построить команду и сделать что-то свое. Акцент у нас всегда был на «делах» — съемках видео и фотопроектах. По сей день придерживаемся такой тактики: «дела» должны быть на первом месте. Об одежде говорят дела, а не качество хлопка, неважно, насколько она красива или технологична. На мой взгляд, люди выбирают конкретный бренд, потому что им близка его философия — по этой логике и живет Fiction. Со временем к этой идее прибавился опыт и понимание того, что бренд должен быть выстроен по понятным бизнес-схемам: сезонность, качество, сеть ритейла и многое-многое другое.


О продвижении и сезонном подходе

Продвигать бренд мы стали с самого начала, как умели: соцсетей тогда толком не было, зато сразу запустили сайт и страничку в ЖЖ. Постепенно наши лого стали мелькать — в видео, наклейках на cкейтах и сноубордах. Сейчас те принты кажутся детскими и наивными, но тогда нам все виделось серьезным и проработанными.

Почти сразу мы с другом решили, что Fiction будет придерживаться сезонного выпуска вещей. В первое время было тяжело — готовить к выпуску сразу несколько вещей непросто, да и денег у нас было немного. А еще вечная проблема с продажами — в магазинах делали круглые глаза, когда им приносили на реализацию русские бренды. Зачем ритейлеру русский товар, когда они всю жизнь торгуют понятными западными марками вроде DC и Quicksilver? Кстати ориентир на сезонность мы взяли как раз у западного бренда, нашего кумира тех лет — американского Volcom. Это для нас тогда была икона стиля — они умудрялись делать действительно нестандартные вещи и проекты в рамках достаточно узких направлений: скейтбординга и сноубординга. У них была куча коллабораций с художниками, а в одежде всегда много интересных деталей.


О профессиональном бэкграунде

Когда в 2009-м случилась наша первая полноценная коллекция, я уже работал на «серьезных работах», а не старшим кассиром в скейтшопе. Некоторое время я занимался созданием одежды в компании Sprandi — делал технические эскизы, занимался подбором фурнитуры и даже анализом рынка. Тогда делал их сноубордическую линейку Earth Gear — этот опыт очень пригодился мне в Fiction. Далее была череда схожих мест работы: рисовал массу всего от детской до технологичной одежды для альпинизма. А в 2011 году я попал в «Спортмастер» и там тоже отвечал за сноубордические линейки для брендов магазина — например, работал с Termit.

Сейчас Fiction — мое основное детище, которое занимает мысли практически круглые сутки. В свободное время я выполняю заказы других больших марок одежды, благо они лояльны к моему ритму жизни: для них я просто дизайнер в штате, делаю линейки одежды, занимаюсь техническими эскизами, вопросами производства. Это серьезное плечо, которое меня экономически поддерживает. Хотя, в принципе, я могу заниматься только Fiction: это лишь вопрос желаемого качества жизни.


О коллективе и разделении обязанностей

Раньше мы с партнером делили работу над брендом поровну: я занимался паблисити и командой, а он работал с производством. Вопросы по дизайну, тканям, фурнитуре, рекламе решали вместе. Спустя 10 лет, мы с Димой решили пойти каждый своим путем и спустя несколько месяцев могу сказать, что это все оказалось к лучшему для нас обоих.

С прошлого лета я занимаюсь всем этим сам — но рядом всегда команда соратников: постоянные художники, фотографы, операторы, модели, производители, курьеры. И я хотел бы сформировать в Fiction какую-то коалицию единомышленников, которым я мог бы делегировать обязанности, но пока я не хочу снимать офис и платить оклады — мне кажется  деньги на гипотетическую аренду лучше пускать в развитие бренда. Время от времени мы собираемся на нашей базе и совместно решаем те или иные задачи.


О работе над коллекциями

В работе над созданием коллекции есть несколько понятных этапов и принципов. Например, четкое соблюдение сезонности — с одной стороны, это нужно, чтобы магазины привыкли к твоим коллекциям и стали тебя ждать в определенное время, а с другой —  вряд ли кто-то обрадуется новым футболкам зимой. Поэтому коллекцию лучше начинать продумывать за год. Перед запуском коллекции в производство всегда нужно делать сэмплы и тщательно их прорабатывать. Снять качественный лукбук и каталог, презентовать их магазинам в должной форме, и только потом начать производство — это формат предзаказа, и мне он кажется наиболее приемлемым. Еще одна немаловажная вещь — соблюдение размерной сетки одежды, которая должна создаваться не на глаз закройщика, а по заготовленным лекалам — чтобы XL не был похож на XS.


О материалах

В самом начале работы над коллекцией я делаю вояж по нескольким «тканевым точкам» Москвы и ищу материал под конкретные идеи. Если найденная ткань вдруг не отвечает им, приходится либо тратить значительно больше денег и заказывать ткань, либо корректировать идею, что происходит гораздо чаще.

К моему большому сожалению, отечественных материалов практически не существует. Я с удовольствием покупал бы их даже по невыгодной цене — но за годы поисков просто ничего не обнаружил, хотя мне хочется поддержать российского производителя, как я поддерживаю наше производство заказом. В лучшем случае я нахожу хорошие утеплители — и то не у нас, а в Беларуси.

Наши ткани, как правило, из Турции и Индии, реже — из Италии (все зависит от оригинальности, самобытности материала). Хорошие предложения бывают крайне редко, потому что производителям мерча нужны самые простые полотна, а именно у них самые большие заказы. Соответственно, интересную ткань привозят в Россию осторожно и в малых количествах. На этом этапе включается соревновательный момент, и ты как скаут отслеживаешь предложения. Безусловно, можно сделать заказ под себя, не дожидаясь поставки в Россию, но только оптом: никто не будет отправлять рулончик на сто футболок.

Многие коллеги по цеху жалуются на экономический кризис, но, на мой взгляд, благодаря нынешним реалиям, ты куда больше стараешься. Не расслабленно листаешь журнал с образцами и лениво тыкаешь пальцем, а пытаешься выдумать что-то в тех рамках, в которые попал. Так и появляются самобытность и идентичность. По мне, настоящий кризис был, когда мы только начинали, — вот тогда было действительно сложно.

О производстве

Ошибки на производстве происходят регулярно, и со временем они становятся привычными. Это работа с людьми: кто-то что-то потерял, не довез, додумал и пришил за тебя. Самый забавный случай произошел еще в 2008-м — мы готовились к выпуску толстовок-кенгуру, но почему-то мужские модели раскроили под молнию. Это был шок, но мы с ним быстро справились и стали искать молнии. А на следующий день узнали, что такжетак же раскроили и женские модели!

Сейчас мы постоянно работаем только с одним производством, и я считаю это верным решением — если нашел адекватных людей, за них нужно держаться. Отношения бренда и производства — это как отношения мужчины и женщины: нужно притереться друг к другу, узнать слабые и сильные стороны. Конечно, мне удобнее коммуницировать с одним человеком —  главным технологом — но я также знаю сотрудника, который ставит кнопки, девушку-раскройщицу, парня, который делает принты. У нас очень дружеские отношения — на производство я прихожу почти как домой. Несмотря на увеличение объемов и сложные задачи, мы не планируем переносить пошив в другие страны. Хочется развивать индустрию в России. Тут постепенно учатся делать вещи, которые 3-4 года назад казались нереальными, но самое главное, что люди готовы выполнять нестандартные задачи. Конечно, многие бренды, увидев сложности, принимают быстрое и понятное решение — уезжают. В этом нет ничего плохого, просто у каждого свой путь.

О копировании и погоне за трендами

Сегодняшняя популярность простых надписей на футболках — это определенный этап развития местной моды, этап социума. Очевидно, что у людей есть потребность в том, чтобы какие-то метафоры или прямые изречения, отражающие их стиль жизни, наносить на грудь (правда, недавно я увидел принт «Тужился, но не смог»). Я не вижу в этом ничего плохого — это просто тренд. За ним будет еще один, который снова кому-нибудь покажется глупым.

В последнее время многие упрекают российские бренды в тупом копировании и подражании. Мне кажется, все совсем не так. Если кто-то что-то делает — это уже позитивная тенденция. В 2006-м даже поругать было некого. Да и зачем? Кто-то любит упрекать бренды в простоте, но создатели одинаково сильно вкладываются в продукт вне зависимости от простоты или сложности надписи или кроя, и это надо ценить. Я к современным русским брендам отношусь с большой теплотой и надеюсь, что их развитие приведет нас к мощной индустрии. Конкурентов среди коллег не вижу, потому что мне хотелось бы думать, что одежду покупают не из-за низкой цены или хорошего предложения, а из-за философии бренда.

Свои идеи для создания вещей я черпаю из абсолютно разных источников — начиная фильмами и сериалами, заканчивая свежими коллекциями именитых брендов. В инстаграме я подписан на любимые марки. Также с удовольствием могу отметить паблик Primaere, который очень грамотно собирает информацию из разных источников и подает ее вовремя. Еще среди местных проектов есть молодой, но очень активный ресурс «Медь.360» и издание «Дух Улиц». Я внимательно слежу за западными выставками Agenda (http://www.agendashow.com/), Bright (http://brighttradeshow.com/), SEEK. Обзоры на «Ютубе смотрю». В конце концов, есть аккаунты отдельных отечественных магазинов, которые серьезно относятся к информации о своих брендах — перечислять не стану, чтобы никого не обидеть.


О команде Fiction

Изначально в наших командах было человек 15. Мы всех снабжали одеждой, и это большая статья расходов. Сейчас команда меньше — человек 6-7 — скейтеры, сноубордисты, операторы; мы сохранили только очень преданных ребят. Сначала у нас была очень разношерстная команда. Если говорить о скейтерах — были оголтелые панки, готовые расшибиться на большой периле: к примеру, Артем Брагин, Сергей Аксенов, Сергей Фомин. С другой стороны был Алексей Медков — абсолютный рэпер, катался всегда в безразмерном поло и с цепью, делал очень выверенные трюки. Или на той же волне хип-хопа — Дима Защепин. И в этом разделении на «панков» и «рэперов» и заключалась самобытность субкультуры 2000-х. Сейчас такой разительной разницы уже нет, большинство просто следят за трендами: сперва закатанные чиносы, потом прямые широкие брюки и так далее.


О скейтбордическом Диснейленде и группировках

Мне кажется, на современной скейтборд-сцене все круто. Возможно, потому что я помню ситуацию 15 лет назад, и нынешняя мне кажется раем. В начале нулевых мы собирали свои скейтпарки из мусора на районе, строили трамплины из паллетов, пробирались через грузовой вход в Олимпийский, чтобы покататься на фигурах, которые там ставили для мероприятий. У нас даже была своя группировка Олимпийского проспекта — а через дорогу была тусовка Марьиной рощи, где были свои ребята. И чтобы оказаться в чужом районе или на споте, тебе нужен был сопровождающий. А сейчас я вижу в Москве Диснейлэнд: можно делать вояж по городским скейтпаркам, как по Золотому кольцу, лениво перемещаясь между локациями на любом удобном транспорте (в начале нулевых масштабные соревнования проходили максимум раз в год — столько же возможностей было прокатиться на фигуре). Я в свое время знал только одно место с рампой в Москве и если у тебя не было там знакомых, то тебя просто могли не пустить или чего хуже: свой маленький Dog Town. Ни о каких стандартах геометрии тогда не задумывались, а мы на этих рампах умирали и радовались.

Раньше было множество тусовок и коалиций, была чуть ли не индустрия больших фильмов, были презентации в кинотеатрах. Сейчас я вижу, что ребята немного зажрались — у них изначально есть все условия. Ведь сейчас у нас есть даже бренды досок! У нынешней ситуации есть и обратная сторона — люди перестают ценить то, что у них есть.

2007

Мы пришли со своими принтами в компанию, которая занималась производством мерча для рекламных акций, и на пальцах попытались объяснить, чего от них хотим. Так мы получили первые 200 футболок разных моделей. Совершенно случайно тогда нам удалось влезть в чей-то чужой заказ, и нам сделали еще и скейтбордические чехлы из остатков ткани — буквально 10 штук. Похоже, что эта компания выполняла заказ какого-то скейтшопа, а остатки ткани и фурнитуры пошли на нас.


2008

Нам впервые удалось попасть в магазин — это был московский 360 boardshop. Помню, мы сами купили стойку-корнер, а потом на каких-то бабушкиных тележках привезли в мешках свою одежду. И она стояла рядом с известными брендами. Владелец магазина все удивлялся, что люди покупают футболки непонятной марки по той же цене, что и западные аналоги.


2009

Случилась наша первая полноценная коллекция, в которую мы вложили больше 300 тысяч рублей: 4-5 моделей мужских толстовок и столько же женских, все с разными принтами, футболки и шапки. В ее поддержку мы впервые сделали полнометражное сноубордическое видео своей команды — «Fiction Snow Movie». А со скейтборд командой сняли мощный проект, который освещали даже западные журналы: мы уехали с художниками и райдерами в город Климовск и там в заброшенной школе сделали несколько экспозиций — работали с визуальной иллюзией, и трюки, которые выполняли райдеры, снимались таким образом, чтобы они сливались с псевдообъемными рисунками на стенах.


2009

Выпустили толстовку и футболку с самым смелым нашим слоганом: “Jesus Was a Skater”. Мы не собирались, как сейчас принято говорить, “разжигать рознь”, но самых разных комментариев было много. Смысл фразы простой: скейтборд для нас является чем-то сакрально важным — не как физический объект, а как образ жизни, мыслей.

2011

У Fiction случилась коллаборация с американской маркой сноубордов Automaton: мы сделали доски в двух расцветках и дизайнах. Это было действительно большое дня нас событие, о котором много говорили и на Западе. Вообще-том нам регулярно поступают заказы из-за рубежа, но это единичные случаи. Иногда наши друзья знакомятся с представителями зарубежных магазинов и мы по случайности куда-нибудь попадаем — но не благодаря целенаправленной работе.

2010-2013

Издавали вещи со слоганом Industry is dead. Эти годы были максимально важны для бренда, а слоган действительно полностью отражал ситуацию в индустрии, хотя негатива или обиды в нем не было. К тому времени мы уже накопили некоторый опыт и четко понимали, какие вещи хотим делать — именно поэтому максимально остро ощущалась нехватка нормальных тканей или отсутствие вменяемого производства. Сейчас этот лозунг совсем не актуален: стоит лишь посмотреть на масштабы Faces&Laces или постоянно растущее количество российских брендов.

2017

Мы начали плотно заниматься проблемой поставок в зарубежные магазины, потому что именно в расширении горизонтов я вижу будущее. В январе, например, наш стенд был на Bright Trade Show в Берлине. Нам уже писали, например, из Италии, и нашим основным планом на 2018 был поход на Запад.

2018

Основным достижением за 2018 год стало очевидное взросление марки. Сегодня мы точно знаем куда идём, зачем и когда окажемся у той или иной планки. Лучше всего об этом расскажет наша новая зимняя коллекция, релиз который состоится уже совсем скоро. Выход на на зарубежные рынки также удался. После выставки BRIGHT в январе, мы вырвались на Запад: Италия, Мюнхен, Прага, Литва и даже небольшой корнер в США. Пока это были лишь разовые продажи, но эти события – состоявшийся факт, и сейчас идет работа над дальнейшим продвижением. Из ближайших планов – поездка на одну из одёжных выставок в Японии, но об этом в своё время.